Rambler's Top100
Журнал ЮРИСТ

Авторы журнала «Юрист» – специалисты в различных областях юриспруденции, руководители ведомств, ученые и практики. Здесь публикуются статьи отечественных и зарубежных экспертов; консультации и интервью; исторические материалы и многое другое. Публикации тематически и содержательно отражают сложность и противоречивость развития отечественной юриспруденции. По вопросам, которые могут быть интересны широкому кругу юридической общественности, на страницах «ЮРИСТа» можете выступить и Вы. Среди наших читателей – юристы, работники правоохранительных органов, финансисты и экономисты, депутаты, промышленники и предприниматели Республики Казахстан.

Новости на Zakon.kz

Юридический форум

Специализированный ежемесячный журнал «ЮРИСТ»
В настоящее время юридические статьи публикуются в Библиотеке Параграфа
Май, № 5,2011
Тема
К вопросу об уголовной ответственности

К вопросу об уголовной ответственности


юридических лиц по УК РК

 

Описание: \smithdoc_src$�40329�40329137.JPGВопрос привлечения юридических лиц к уголовной ответственности требует дальнейшей теоретической проработки в нашем государстве. Э. Мухамеджанов, доктор юридических наук, профессор отвечает на вопрос, почему идея уголовной ответственности юридических лиц периодически встает в повестке дня нашего уголовного законодательства.

 

В Казахстане вновь поднимается вопрос о введении уголовной ответственности юридических лиц. Сегодня поводом его реанимации послужил проект Закона Республики Казахстан «О внесении изменений и дополнений в некоторыезаконодательные акты Республики Казахстан по вопросу введения уголовной ответственности юридических лиц»,который был подготовлен по инициативе Агентства РК по борьбе с экономической и коррупционной преступностью. Данный законопроект был внесен в Парламент РК и принят в первом чтении Мажилисом Парламента РК.

Известно, что вопрос об уголовной ответственности юридических лиц в Казахстане поднимался еще при разработке нового УК РК, т.е. в 1997 году, но тогда депутаты Парламента РК восприняли это нововведение отрицательно, и оно было снято. Вот что говорил тогда по этому поводу вице-министр юстиции Ж.С. Елюбаев: «В частности, в первых версиях я уже сегодня подчеркивал, разработчики, ряд наших ученых, предлагали, чтобы была предусмотрена уголовная ответственность юридических лиц. В дискуссиях, спорах мы все же решили повременить с введением в Уголовный кодекс ответственности юридических лиц. Дай Бог нам хотя бы разобраться на сегодняшний день с физическими лицами, а потом уж с юридическими, если в этом будет необходимость.

Более того, я должен сказать, что вопрос привлечения юридических лиц к уголовной ответственности требует дальнейшей теоретической проработки в нашем государстве, и не только в нашем государстве. Когда она будет наиболее фундаментально рассмотрена, возможно, вы пойдете по этому пути» /1/.

В дальнейшем вопрос уголовной ответственности юридических лиц обсуждался на научных конференциях. Так, в июне 2009 года в Алматы проходил «круглый стол», посвященный этой теме. По результатам его работы также были сделаны выводы о преждевременности рассмотрения данного вопроса. Были внесены предложения изучить зарубежный опыт и выяснить, каких конкретно практических преимуществ достигли государства, которые ввели у себя институт уголовной ответственности юридических лиц, почему не решаются на введение уголовной ответственности юридических лиц многие страны постсоветского пространства.

Здесь уместно задать и другой вопрос, почему идея уголовной ответственности юридических лиц периодически встает в повестке дня нашего уголовного законодательства. Причин тому несколько.

Прежде всего следует отметить, что в странах, где господствует англосаксонская система права, давно существует уголовная ответственность юридических лиц. Впоследствии эти положения стали включаться в международные документы и через них внедряться в уголовное законодательство стран с континентальной системой права.

Так, еще в 1973 году Европейский комитет по проблемам преступности Совета Европы рекомендовал законодателям встать на путь признания юридических лиц субъектами уголовной ответственности за экологические преступления. Позже в Страсбурге 27 января 1999 года был принят другой документ Европейская конвенция об уголовной ответственности за коррупцию, где также шла речь об ответственности юридических лиц, за совершение коррупционных правонарушений (ст. 18). К этой конвенции Казахстан присоединился в 2008 году. На этом основании отдельные юристы полагают, что в силу этих международных обязательств Казахстан должен ввести уголовную ответственность юридических лиц /2/.

Кроме того, следует отметить, что с переходом экономики на рыночные отношения в Казахстане стали совершаться экономические преступления под прикрытием юридических лиц, что затруднило не только их выявление, но и породило проблемы, связанные с более точной их правовой оценкой, квалификацией содеянного. Все это делает вопрос введения уголовной ответственности юридических лиц актуальным как для Казахстана, так и для других постсоветских стран.

Несмотря на актуальность этого вопроса, необходимо обратить внимание, что придание юридическим лицам статуса субъекта преступления, в странах с континентальной системой права, потребует коренной переработке основных институтов не только уголовного, но и уголовно-процессуального права, а также его состыковке с нормами административного и гражданского права.

Известно, что юридические лица не обладают реальной волей, следовательно, они не могут иметь и виновную волю, являющуюся основанием для уголовной ответственности. Уголовной ответственности подлежат только лица, которые виновно (умышленно либо неосторожно) совершили общественно опасные деяния, признаки которых предусмотрены в уголовном законе, при условии, что они могут давать отчет в своих действиях и руководить ими. Способностями иметь вину и быть вменяемыми обладают лишь физические лица, а обосновывать обратное иначе как умственным извращением не назовешь.

В странах, где действует уголовная ответственность юридических лиц, правоохранительные органы сталкиваются с проблемами не только правового, но и процессуального характера при применении соответствующих положений уголовного закона /3/.

Оппоненты могут заметить, что, несмотря на отмеченные сложности введения уголовной ответственности юридических лиц в странах с континентальной системой права, тем не менее и здесь появились примеры для подражания. При этом приводят такие страны, как Австрия, Латвия, Молдова.

Изучая законодательство и общаясь с учеными и практиками из этих стран, мы обратили внимание, что порой реформаторы казахстанского уголовного права не всегда объективны в оценке и восприятии их практики.

В реалии в Австрии и Молдове действительно в уголовном законодательстве имеет место уголовная ответственность юридических лиц. При этом следует иметь в виду, что в Австрии уголовная ответственность юридических лиц была введена в превентивных целях и к ней могут привлекаться не все юридические лица, а только банки. Из приватной беседы с профессором уголовного права университета Грац (Австрия) Ричардом Сойером нами было отмечено, что не во всех европейских государствах юридические лица привлекаются к уголовной ответственности, как это было сделано в Австрии. В большинстве своем они несут либо административную, либо гражданско-правовую ответственность. Он также отметил, что для стран с высокой коррупцией введение уголовной ответственности юридических лиц нецелесообразно.

Касательно уголовной ответственности юридических лиц в Республике Молдова, то здесь следует отметить, что такая ответственность была введена в 2005 году в соответствии с международными конвенциями, которые были ратифицированы данной страной. В отличие от Австрии в Молдове уголовная ответственность распространяется на все юридические лица за исключением государственных организаций, учреждений и государственных органов. Этот факт уже заслуживает внимания, так как, на наш взгляд, ведет к нарушению принципа равенства всех перед уголовной ответственностью и наказанием. Получается весьма алогичная ситуация. Даже наша (казахстанская) практика показывает, что в государственных организациях под прикрытием юридического лица совершается не меньше преступлений, чем в юридических лицах с негосударственной формой собственности. С другой стороны, распространять уголовную ответственность на юридические лица с государственной формой собственности тоже не верно, так как в этом случае государство в лице своих органов себя же будет подвергать уголовной ответственности и наказанию. Из бесед с представителями юридической общественности Республики Молдова также следует, что за все время существования данной ответственности практика ее применения не носит широкого применения, а следовательно, и эффективность норм, предусматривающих ответственность юридических лиц, является низкой.

Говоря об уголовной ответственности юридических лиц в Латвии, эта практика казахстанскими реформаторами была доведена до юридической общественности страны с искажениями.

Сегодня в уголовном законодательстве Латвии не идет речь об уголовной ответственности юридических лиц, а говорится лишь о мерах уголовного принуждения, которые применяются к юридическим лицам, что с точки зрения уголовного права не одно и то же.

В 2005 году законодатель Латвийской Республики добавил в УК Латвии главу VIII-1 «Принудительные меры, применяемые к юридическим лицам», где предусмотрел: «Статья 70.1. Основание для применения принудительной меры к юридическому лицу

1) Принудительные меры в отношении юридического лица могут быть применены за преступное деяние, предусмотренное особенно частью этого закона, если в интересах юридического лица преступное деяние совершило физическое лицо в соответствии сусловиям первой части двенадцатой статьи этого закона.

2) Принудительные меры, применяемые в отношении юридического лица, не относятся к государству, самоуправлению и другим юридическим лицам публичного права.

Статья 70.2. Принудительные меры, применяемые к юридическим лицам

(1) В отношении юридических лиц применяются следующие виды основных принудительных мер:

1) ликвидация; 2) ограничение прав; 3) конфискация имущества; 4) денежное взыскание.

(2) В отношении юридических лиц применяются следующие виды дополнительных принудительных мер:

1) конфискация имущества; 2) возмещение ущерба.

(3) За совершение уголовного правонарушения или менее тяжкого преступного деяния, предусмотренного в особенной части этого закона, к юридическому лицу в качестве принудительной меры может быть применено только денежное взыскание, за исключением случаев, когда юридическое лицо, его филиал, представительство или подразделение было создано для совершения преступного деяния.

(4) За совершение тяжкого или особо тяжкого преступного деяния, предусмотренного в особенной части этого закона, к юридическому лицу в качестве принудительной меры может быть применена ликвидация, ограничение прав, конфискация имущества или денежное взыскание.

(5) Конфискация имущества к юридическому лицу может быть применена и как дополнительная принудительная мера, если юридическое лицо в результате деяния получило имущественную выгоду и в отношении него в качестве основной принудительной меры было применено ограничение прав или денежное взыскание.

 (6) В качестве дополнительной принудительной меры к юридическому лицу можно применить возмещение ущерба, если в результате преступного деяния был причинен существенный ущерб или оно повлекло тяжкие последствия» /4/.

В свете сказанного хотел бы высказать свое мнение по рассматриваемой проблеме и по законопроекту «О внесении изменений и дополнений в некоторые законодательные акты Республики Казахстан по вопросу введения уголовной ответственности юридических лиц», который, как выше уже отмечалось, был принят в первом чтении депутатами Мажилиса Парламента РК.

1.Вполне очевидно, что данный законопроект был разработан в связи с присоединением Казахстана к Европейской конвенции об уголовной ответственности за коррупцию, где также шла речь об ответственности юридических лиц за совершение коррупционных правонарушений (ст. 18). Однако здесь следует сразу отметить, что положения этой конвенции для стран подписантов носят не обязательный, а рекомендательный характер и не исключают наложение на виновные юридические лица иных видов ответственности. Эта оговорка сразу ослабляет позицию разработчиков, которые пытаются представить положения названной конвенции как догму и на этом основании ввести уголовную ответственность юридических лиц в УК РК.

2. Несмотря на актуальность рассматриваемого вопроса, необходимо обратить внимание, что неизвестно, как это нововведение проявит себя в казахстанских условиях. Ведь не секрет, что даже испытанные на Западе демократические институты в Казахстане, в условиях неразвитого гражданского общества, коррумпированной судебной системы, извращенного мышления правоприменителей, полуграмотного государственного аппарата на местах в лучшем случае не действуют должным образом, а в худшем - получают такие формы реализации, которые ничего общего не имеют ни с демократией, ни с правовой справедливостью.

Не секрет, что новеллы рассматриваемого проекта закона могут использоваться в целях «государственного рейдерства» в отношении компаний, занимающихся добычей и переработкой сырья, и др. Вводить же данную ответственность только ради того, чтобы показать, что Казахстан развивает свое уголовное законодательство в духе европейских стандартов, считаю нецелесообразным, так как вышеназванные международные документы отмечают, что ответственность юридических лиц необязательно должна быть уголовной. Кроме того, в наших условиях, когда главой государства 17 сентября 2010 года был взят курс на декриминализацию уголовного законодательства, нет смысла вводить новый вид уголовной ответственности юридических лиц. Санкции, о которых идет речь в проекте закона, а именно штраф; лишение права заниматься определенной деятельностью; ликвидация юридического лица (статья 39-1 проекта) по своему описанию более тяготеют к мерам гражданской или административной ответственности, чем к уголовной. На этом основании полагаю, что у нас еще не исчерпан в полной мере потенциал усиления гражданской и административной ответственности юридических лиц, и поэтому проблему ответственности юридических лиц следует детально проработать на уровне административного и гражданского законодательства, а не уголовного. На это же в своих публикациях обращают внимание и практические работники органов судебной власти /5/.

3. Представленный проект закона нарушает принцип уголовного права, согласно которому никто не может быть подвергнут повторно уголовной ответственности за одно и то же преступление (статья 3 УК РК). Между тем в части 3 статьи 14 проекта мы видим, что «привлечение к уголовной ответственности юридического лица не освобождает от уголовной ответственности за данное преступление виновное физическое лицо, которое совершило, организовало, подстрекало или содействовало совершению преступного деяния, равно как и привлечение к уголовной ответственности физического лица не освобождает от уголовной ответственности за данное преступление юридическое лицо».

Иными словами, если лицо, совершившее преступление, является единственным учредителем (участником) ТОО, то оно не только привлекается к уголовной ответственности сам, но за это же деяние привлекается к уголовной ответственности открытое им юридическое лицо, и таким образом данный учредитель несет бремя ответственности не только за свои деяния, но как учредитель и за деяния своего юридического лица.

4. Введение уголовной ответственности юридических лиц может привести к нарушению конституционных прав граждан. Например, права на свободу труда, частной жизни, личной ответственности и др.

Так, применяя к юридическому лицу наказание в виде его ликвидации (ст. 42-2 проекта), работающие в нем сотрудники не только лишатся своего места работы, но опосредовано претерпят тяготы уголовной ответственности за деяние, которого сами не совершали, и таким образом налицо нарушение принципа личной ответственности. Здесь следует обратить внимание, что интересы указанных лиц в данном проекте ни как не защищены законом. Это обстоятельство, на наш взгляд, требует подготовки соответствующего проекта закона, который должен одновременно выноситься на рассмотрение Парламента с рассматриваемым законопроектом.

5. Нельзя сбрасывать со счетов и тот факт, что введение уголовной ответственности юридических лиц может на практике породить нарушение антимонопольного законодательства. Здесь мы не исключаем случаи, когда конкурирующие между собой юридические лица будут информировать правоохранительные органы в целях нейтрализовать своих конкурентов, об их якобы преступной деятельности. Введение уголовной ответственности юридических лиц породит проблемы в правоохранительных органах и судах. Так, первые столкнутся с проблемой проведения оперативных мероприятий в отношении юридических лиц, а вторые (суды) с проблемой обеспечения присутствия подсудимого юридического лица в зале суда.

6. В заключение хочу отметить, что, несмотря на серьёзность возражений против уголовной ответственности юридических лиц, эта идея продолжает оставаться крайне привлекательной, по крайней мере, по отношению к отдельным видам преступных деяний. Так, российский ученый Э. Жевлаков пишет, что признание юридических лиц субъектами преступления может оказаться полезным для осуществления некоторых задач уголовного права. Например, юридическое лицо может быть привлечено к ответственности за совершение экологических преступлений. «Существующая практика реализации норм экологического права, позволяющих остановить деятельность предприятия, запретить выпуск экологически вредной продукции при негативном воздействии на окружающую среду не может решить проблемы борьбы с отравлением и загрязнением природы, поскольку не разработан механизм их действия, механизм полной компенсации ущерба, причиненного экологическим правонарушением здоровью граждан. В частности, невозможно и некому предъявить иск в суде от имени населения к заводам, выпускающим экологически несовершенные автомобили или иную вредную продукцию» /6/.

Разделяя отчасти данное мнение, отметим, что введение уголовной ответственности юридических лиц за совершение хотя бы только этой группы преступлений, данную проблему не решит, а загонит ее только вглубь. Поскольку в этом случае отпадет необходимость в разработке механизма полной компенсации ущерба и т.п. Все вышеизложенное приводит нас к выводу, что вопрос введения уголовной ответственности юридических лиц в Казахстане является преждевременным. В то же время нельзя обойти молчанием проблему, когда под прикрытием юридических лиц совершаются корыстные преступления. Выход из этой ситуации мы видим в следующем.

Дополнить часть 1 статьи 54 «Обстоятельства, отягчающие уголовную ответственность инаказание» УК РК новым подпунктом «р) совершение преступления лицом, с использованием юридического лица или юридических лиц, где оноработает или является их учредителем», а в Особенной части УК РК предусмотреть составы преступлений с соответствующим квалифицирующим признаком.

В качестве другого решения этого вопроса можно было бы предложить заимствовать с определенными коррективами изложенную выше практику Латвийской Республики.

 

 

Литература

1. Стенограмма пленарного заседания Мажилиса по обсуждению проекта УК РК, направленная на рассмотрение в Сенате Парламента РК 8 мая 1997 года. № 500-I М?. ?. 484-485.

2. Интернет-ресурс: www.inform.kz от 5 июня 2009 сайт Верховного Суда РК.

3. Ситковский И. Проблемы ответственности юридических лиц в уголовном законодательстве. Уголовное право. 2002. № 4. С. 42-43.

4.П. С. 484-485.

2. Интернет-ресурс: www.inform.kz от 5 июня 2009 сайт Верховного Суда РК.

3. Ситковский И. Проблемы ответственности юридических лиц в уголовном законодательстве. Уголовное право. 2002. № 4. С. 42-43.

4.Глава в редакции закона от 05.05.2005 года, вступившего в силу 01.10.2005 года.

5. Интернет-ресурсКаултай С. Уголовная ответственность юридических лиц: не будем спешить. 11 февраля 2010.www.zakon.kz.

6. Жевлаков Э. К вопросу об ответственности юридических лиц за совершение экологических преступлений. Уголовное право. 2002. № 1. С. 112.

 

Здесь должны быть комментарий