Rambler's Top100
Журнал ЮРИСТ

Авторы журнала «Юрист» – специалисты в различных областях юриспруденции, руководители ведомств, ученые и практики. Здесь публикуются статьи отечественных и зарубежных экспертов; консультации и интервью; исторические материалы и многое другое. Публикации тематически и содержательно отражают сложность и противоречивость развития отечественной юриспруденции. По вопросам, которые могут быть интересны широкому кругу юридической общественности, на страницах «ЮРИСТа» можете выступить и Вы. Среди наших читателей – юристы, работники правоохранительных органов, финансисты и экономисты, депутаты, промышленники и предприниматели Республики Казахстан.

Новости на Zakon.kz

Юридический форум

Специализированный ежемесячный журнал «ЮРИСТ»
В настоящее время юридические статьи публикуются в Библиотеке Параграфа
Июль, № 7,2012
Персона

Над собой надо работать всю жизнь

Над собой надо работать всю жизнь /Ш. Менглиев/Менглиев Шомурат Менглиевич, профессор кафедры международного права Таджикского национального университета, Заслуженный юрист, Заслуженный деятель науки и техники РТ, Отличник народного образования, член Диссертационного совета по защите докторских и кандидатских диссертаций в Республике Таджикистан.

Родился 9 мая 1941 года в Шаартузском районе Таджикской ССР. С 1960 по 1963 год служил в рядах Советской Армии. После демобилизации работал начальником военно-учетного стола сельского совета в Шаартузском районе.

В 1964 году поступил на вечернее отделение юридического факультета Таджикского государственного университета имени Ленина. Одновременно работал в хозяйственной части вуза, а с августа 1967 года - юрисконсультом городского жилищного управления Душанбинского горисполкома.

В 1970 году после окончания вуза был приглашен на работу в качестве ассистента кафедры гражданского права. В 1975 году защитил кандидатскую диссертацию и был переведен на должность старшего преподавателя, а в 1977 году - на должность доцента. Одновременно с февраля 1976 года работал заместителем декана юридического факультета, затем исполняющим обязанности декана, где проработал до ноября 1986 года.

В 1991 году защитил докторскую диссертацию и с 1992 года работал в качестве исполняющего обязанности профессора кафедры гражданского права.

В марте 1994 года ему было присвоено звание профессора. В декабре того же года избран на должность заведующего кафедрой международного права. На этой должности проработал до марта 2012 года. В марте взял творческий отпуск в связи с научной деятельностью.

 

Штрихи к портрету

Шомурат Менглиевич активно занимается научно-исследовательской деятельностью. Опубликовал более 140 научных работ, в том числе 7 монографий по актуальным проблемам гражданского и международного частного права. Выступал с научными докладами в Таджикистане, России, Казахстане, Узбекистане, Кыргызстане, Беларуси Украине, Турции, Венгрии, Албании.

Занимается подготовкой научно-педагогических кадров. Под его руководством 11 человек защитили кандидатские диссертации, 6 из них работают на юридическом факультете. В настоящее время осуществляет руководство 17 аспирантами и соискателями, а также 7 докторантами.

Более 40 раз выступал в качестве оппонента по докторским и кандидатским диссертациям в Алматы, Ташкенте, Бишкеке и в Душанбе. Написал более 30 отзывов на авторефераты кандидатских и докторских диссертаций, защищенных в странах СНГ.

В 1989-1993 годах был избран членом Комитета Конституционного надзора РТ, членом рабочей группы Президента РТ по подготовке проекта Гражданского кодекса. Был членом Международной арбитражной комиссии по примирению в Женеве, Международного коммерческого арбитража в Казахстане, членом Консультационного совета Верховного суда Республики Таджикистан, членом Диссертационного совета по защите докторских и кандидатских диссертаций в Узбекистане, Казахстане, главным редактором журнала «Государство и право».

Член редакционной коллегии научных журналов «Известия» АН РТ, «Вестник Таджикского Национального университета».

Вместе с супругой Башорат воспитал четверых детей. Трое из них пошли по стопам отца, стали юристами: сын Рустам - министр юстиции Республики Таджикистан, до этого был первым заместителем руководителя аппарата Президента Республики Таджикистан, дочь - нотариус. Младший сын тоже окончил юридический факультет в городе Душанбе, получил степень бакалавра международных отношений в Турции и магистра по экономике в США. Также юрфак окончил старший внук, сейчас он работает в военной прокуратуре и внучка, дочь Рустама.

Растут одиннадцать внуков и три правнука.

 

Беседу ведет Торгын НУРСЕИТОВА, фото Владимира АЛЯБЬЕВА

 

 

- Шомурат Менглиевич, я с удивлением узнала, что Вы окончили вечернее отделение юридического факультета и при этом добились больших успехов на профессиональном поприще. Как удалось? Почему Вы не учились очно?

- Возможности не было. После армии я женился, и поскольку был семейным, пришлось днем работать, а вечером учиться. Главное, чтобы желание было, тогда ты многого добьешься.

Сегодняшний Таджикский Национальный университет назывался Таджикский государственный университет имени Ленина, я здесь работаю уже более сорока лет. Когда в семидесятом году я окончил учебу, меня пригласили на работу на кафедру гражданского права. Сначала я был ассистентом кафедры, затем через несколько лет защитил кандидатскую диссертацию, и вскоре меня назначили заместителем декана юридического факультета. В общей сложности в деканате я проработал десять лет. Был то заместителем, то исполняющим обязанности декана.

 

- Почему деканом Вас не назначали?

- При Союзе на должность декана назначались только партийные люди, а я был беспартийным. В 1987 году я ушел из деканата и начал вплотную заниматься докторской диссертацией.

 

- Говорят, кафедра международного права Таджикского национального университета - Ваше детище. Это так?

- Точнее будет сказать, что ее организацию возложили на меня. В начале девяностых годов я защитил докторскую диссертацию и после этого мне предложили на юридическом факультете создать кафедру международного права, так как к тому времени мы уже открыли отделение международной правовой деятельности. Всю организационную работу поручили мне. Я начал комплектовать состав, взял выпускников на работу. В 1995 году взял двоих, в 98-м еще двоих, в 2000-м еще двоих взял, потом троих. В 1997 году защитился мой первый аспирант, в 1998 году - Хуршед Носиров, сейчас он заведующий кафедрой гражданского права Таджикско-Российского славянского университета, мы с ним вместе приезжали на цивилистические чтения Майдана Сулейменова, которые в мае этого года прошли в Алматы.

После того как организовали кафедру международного права, нужно было готовить кадры-международников, но поскольку я публичным правом не занимаюсь, то стал заниматься международным частным правом, читал этот курс на юрфаке. Мне даже пришлось написать и издать учебник «Международное частное право», первую часть. В странах Средней Азии мы первые издали такой учебник. Майдан Кунтуарович Сулейменов сказал мне: «Вы нас опередили». Нам нужно было показать ребятам, что мы можем что-то писать, можем что-то делать.

Теперь встал вопрос о написании учебника на государственном языке - таджикском. «Международное публичное право» мы с ребятами написали, первую, вторую части на таджикском языке, а в 2010 году издали единый учебник объемом где-то более 600 страниц тоже на государственном языке. А «Международное частное право», вторую часть, мне так и не удалось закончить, потому что я очень много занимался с ребятами. У меня только в 2004 году защитились шесть аспирантов, с тех пор у меня рабочий день начинается в четыре утра. Если мои аспиранты принесут мне очередную главу, я читаю, если нет - своей работой занимаюсь, наукой.

В 2008 году мы ввели спецкурс «Арбитражное рассмотрение внешнеэкономических споров». Ввести-то ввели, а источника-то нет, поэтому я вынужден был приостановить все свои работы и за год написать учебное пособие с одноименным названием - «Арбитражное рассмотрение внешнеэкономических споров». Тем самым мы обеспечили спецкурс соответствующим источником.

 

- Вас часто можно видеть в Алматы. Что Вас связывает с нашим городом?

- Научная работа. Вот уже более десяти лет я приезжаю в Алматы в качестве официального оппонента. Если не ошибаюсь, я уже оппонировал в семи-восьми докторских диссертациях, в том числе у известных юристов - Фархада Карагусова, Куляш Ильясовой, Светланы Мороз и др. Одновременно ездил в Ташкент и там оппонировал, и там тоже принял участие в подготовке десяти докторов наук.

Иногда оппонирую при защите кандидатских диссертаций. Было, что и в Бишкек ездил оппонировать. Сравнительно недавно защитилась ученица Светланы Мороз, но я не мог приехать в Бишкек, так как в это же время защищалась моя аспирантка в Душанбе, и я должен был быть на ее защите. Спросил у Светланы, так и так, можно, я не поеду. Она вошла в мое положение, и мы договорились, что я напишу отзыв и пришлю, что я и сделал. Потом я узнал, что ее ученица успешно защитилась.

Мне приходится очень много заниматься научной работой, особенно со своими аспирантами. Сейчас у меня около двадцати аспирантов и семь докторантов. Они должны защищаться в Москве. Первым туда поехал Хуршед Носиров, он там пишет докторскую диссертацию. По новым правилам, в Москве теперь сами назначают научного руководителя. Но в отношении Хуршеда я не могу сказать, что он полностью от меня оторвался. Он мне звонил через каждые три дня, минимум раз в неделю, и мы с ним подолгу обсуждали различные вопросы в рамках его диссертации. Однажды я ему сказал: «Хуршед, там тебе назначили руководителя, он обидится, ты с ним посоветуйся». Он говорит, ладно, ладно, но через два-три дня опять звонит (улыбается).  

В ближайший год выйдет на защиту еще один мой докторант, он родом из Узбекистана, поэтому хочет защититься там. Я не возражаю. Сейчас он издает монографию.

Есть еще одна очень важная причина, почему я часто приезжаю в Алматы, - это цивилистические чтения НИИ частного права, которые ежегодно организовывает и проводит уважаемый профессор, видный ученый Майдан Кунтуарович Сулейменов. Я с удовольствием приезжаю на эти конференции, слушаю своих коллег из стран ближнего и дальнего зарубежья и сам выступаю.

 

- Вы почти двадцать лет были заведующим кафедрой международного права, а с этого года Вы просто профессор. Что случилось, как это понимать?

- Действительно, я уже не заведую кафедрой, в начале марта этого года я сдал ее одному из своих учеников. Я попросил ректора дать мне творческий отпуск на шесть месяцев для того, чтобы закончить учебник «Международное частное право» на русском и государственном языках. Я сам пишу в основном на русском, поэтому хочу найти хорошего переводчика и выпустить эту книгу на двух языках. Объем минимум 600 страниц, это очень большая работа, поэтому мне вплотную надо заниматься этим делом. Думаю, двух месяцев трудового отпуска и шести месяцев творческого отпуска будет достаточно для того, чтобы закончить этот учебник.

 

- А нельзя ли было совместить работу и науку?

- Вы знаете, с 2002 года я никак не могу написать вторую часть книги, времени не хватает. Что греха таить, у нас зарплата маленькая, мне приходится работать в двух местах - в Национальном университете и в Таджикско-Российском славянском университете. В Таджикско-Российском я сначала работал на неполной ставке. Потом им надо было открыть аспирантуру, и они предложили мне взять полную ставку. Я сказал, что полную ставку возьму лишь в том случае, если вы не будете заставлять меня сидеть в университете с восьми утра до четырех дня, бездельничать. Только на этих условиях. Не знаю, кто это придумал, но у них на факультете был порядок сидеть там с восьми до четырех. Я говорил им, зачем людей зря держать, пусть они наукой занимаются, они же молодые люди, должны защищаться, но в вузе сделали по-своему. Однако для меня сделали исключение, пошли мне навстречу, разрешили. А впоследствии отменили этот распорядок дня для всех. Я уже много лет работаю в двух университетах, это тяжело, большая нагрузка, и там и там надо читать, и там и там аспиранты. Хорошо, что у меня дома нормальные условия для работы. Дома я, кроме науки, ничем не занимаюсь.

 

- Вот Вы работаете в двух университетах. Сколько Вы получаете, если не секрет?

- Не секрет. В Таджикско-Российском университете я получаю где-то 600 долларов, в Национальном - 350, итого 950. У нас в Таджикистане это считается нормальной зарплатой. И то 950 я получаю только с этого года. Было время, когда в месяц получал… 12 долларов. В двухтысячные годы.

Как-то я приехал в Алматы, встретился с Юрием Григорьевичем Басиным. Он говорит, если бы ты вчера прилетел, я бы тебя с О.С. Иоффе познакомил бы, ты знаешь его? Я говорю, я его видел только раз, а по публикациям знаю очень хорошо. Юрий Григорьевич говорит, а ты знаешь, какую он зарплату получает? Я говорю, нет. Он говорит, 12 тысяч долларов. Тогда О.С. Иоффе в Америке работал. И меня спрашивает, а ты сколько получаешь? Я говорю, я тоже 12 получаю. Юрий Григорьевич удивленно воскликнул, 12 тысяч долларов?! Я говорю, нет. А-а-а, 1200? Я говорю, нет. 120? Я говорю, нет. 12? Я говорю, да. Он спросил, а как ты живешь? Я сказал, есть же у великого русского народа пословица, волка ноги кормят, я работаю в двух-трех местах, выступаю на различных международных конференциях, «круглых столах», организованных международными организациями. Тогда они за одно выступление платили 80-100 долларов. Зарплату я получал 12 долларов, а они за полчаса моего выступления давали мне до 100 долларов. Да, говорит, тебе трудно.

Сейчас нам зарплату повысили за счет договорников, а из бюджета я до сих пор даже сто долларов не получаю. Вы сами знаете, что то несчастье, которое произошло в нашей стране - гражданская война - отбросило нас далеко назад. Я еще раз убедился, что то, что создавалось столетиями, оказывается, можно разрушить мгновенно, а вернуть, восстановить очень трудно.

У нас в Таджикистане минимальная зарплата сейчас 16-18 долларов. В этом году в Послании народу Президент наш сказал, что размер минимальной зарплаты повысят в два с половиной раза. Может, и будет у нас постепенно увеличиваться зарплата, но такого уровня, как у вас или в России, у нас нет. Хорошо, что в Таджикско-Российском университете восстановили тот порядок выплаты зарплаты, который был при Сталине. При Сталине за ученую степень отдельно платили. Вот сейчас я за ученую степень доктора наук получаю в этом вузе примерно 160-170 долларов, это у нас считается очень хорошо. Но в Национальном университете такого пока нет, там у нас зарплата идет из бюджета и плюс за счет договорников. Они платят вузу, и из этого часть выплачивается нам за то, что мы с ними работаем, читаем лекции. Так и живем.

 

- А как Вы семью свою содержите? У Вас большая семья?

- У меня четверо детей - два сына и две дочери. Мы с супругой Башорат всю жизнь работали, не покладая рук. Она была начальником цеха на швейной фабрике, затем директором Дома быта в Душанбе. Когда дети были маленькие, мы с ней по очереди отводили их в садик, мы не могли позволить себе нанять няньку, все делали сами, думали, лишь бы дети не были голодные, холодные. Сейчас они уже взрослые, самостоятельные, все обзавелись семьями, все определились. У меня одиннадцать внуков, три правнука. Почти каждое воскресенье они все приходят к нам и устраивают дома шум, гам. Как в восточной пословице: «Бала бар уй - базар, бала жок уй - мазар», что в переводе на русский означает: «Дом, где есть дети, - базар, где нет детей - кладбище». Поэтому я привык вставать в четыре утра и работать до семи-восьми, пока дома тихо, все спят. Потом уезжаю на лекции. Конечно, вставать с рассветом и работать до вечера тяжело, человек устает, поэтому я рано ложусь спать, в 8-9 вечера.

 

- Хороший у Вас график, для здоровья полезно.

- Да. Меня иногда спрашивают, вы до сих пор встаете рано? Я говорю, да. А когда в 2004 году шесть моих учеников защищались, я вставал в три часа, а то и еще раньше. И их заставлял подниматься рано и работать, потому что 31 декабря истекал срок действия Диссертационного совета, а когда потом откроется - одному Аллаху было известно. Труд не пропал даром, все шестеро на кафедре получили ученую степень.

 

- У вас тяжело защитить кандидатскую и докторскую диссертации?

- Знаете, у нас экспертизу проводит Москва, поэтому, хотим мы или не хотим, мы должны работать, чтобы защита диссертации прошла на уровне. Вот в декабре прошлого года вызвали одного нашего аспиранта. Как заместитель председателя Диссертационного совета, я его сопровождал. Я его работу читал, хорошо знал, и когда мы прилетели в Москву, решили еще раз все проштудировать по теме. Я ему задавал вопросы, он отвечал, и так готовились несколько часов.

В экспертной комиссии было 22 человека. Людей - полный коридор. У нашего аспиранта тема диссертации была по интеллектуальной собственности, и ему задавал вопросы сам Петр Гаврилов, доктор наук, профессор, всю жизнь работающий над этой темой. Это были как раз те вопросы, которые мы закрепили накануне вечером. Словом, молодой человек защитился, стал кандидатом наук.

Позже вызвали непосредственно моего аспиранта. Правда, без председателя, без заместителя председателя Диссертационного совета. Перед отъездом мы с ним тоже просмотрели все вопросы. У него тема была «Наследование в международном частном праве», и его тоже утвердили.

Мне кажется, что наши ребята, и особенно мы, цивилисты, работаем очень добросовестно. Лично я никогда не скажу своим аспирантам - всё, твоя работа готова, пока она действительно не будет готова и не понравится мне.

31 мая этого года у нас истек срок Диссертационного совета по защите кандидатских диссертаций. Теперь не знаю, разрешит ли Москва еще раз создать Диссертационный совет или нет. Они нам говорят, создайте Диссертационный совет по защите докторских диссертаций, и пусть там и кандидаты защищаются. Но чтобы докторский совет создать, нужно 9 докторов наук по данной специальности. Из них, по инструкции, пятеро должны работать в том вузе, где организовывается совет, то есть на юридическом факультете Национального университета. А нас столько нет, нас всего три доктора.

У нас есть два доктора наук. Один из них раньше был у нас деканом, сейчас он председатель Конституционного суда. Другой работал на кафедре предпринимательского права, сейчас он директор Центра законодательства при Президенте Республики Таджикистан. Но их, оказывается, приглашать нельзя. Теперь не знаю, что будет. Я предлагал нашему председателю написать в Москву и обосновать, чтобы они в порядке исключения разрешили нам привлечь этих двух докторов, ведь мы - единственный центр в Средней Азии, где защищаются не только таджикские ребята, но и аспиранты из Афганистана и Ирана. Или разрешили привлечь Майдана Кунтуаровича Сулейменова и Анатолия Григорьевича Диденко, они у нас являются членами Диссертационного совета по защите докторских диссертаций.

 

- На каком уровне в Таджикистане находится развитие юридической науки? Например, по сравнению с Казахстаном.

- С Казахстаном сравнивать нельзя, по сравнению с нами Казахстан, наверное, минимум на 50 лет вперед ушел. Наука у нас только-только начала развиваться. Если наверху перейдут на новую систему образования, то в Таджикистане, мне кажется, наука вообще умрет.

 

- А на какую новую систему хотят перейти?

- На систему бакалавриата, магистратуры и докторантуры. Нам на юридическом факультете сказали перейти на бакалавриат еще в 1995 году. Мы противились, говорили, мы даже не знаем, что это такое.

В 1996 году мы начали выпускать журнал «Государство и право». В то время я как раз прочитал в одном из московских журналов статью знаменитого профессора, декана, заведующего кафедрой гражданского права юридического факультета МГУ Евгения Алексеевича Суханова. Он писал, что объездил многие развитые страны мира, изучил систему образования этих стран и нигде не видел такого сильного, продуманного, глубокого образования, как советская система образования. Эту статью я полностью перепечатал в нашем журнале и посоветовал всем прочитать ее. От нас каждый год требовали перейти на бакалавриат, и мы каждый год принимали решение ученого совета, где отказывались от этого шага. И сейчас, вот, давят и давят, давят и давят. Особенно Министерство образования. Взять, к примеру, тесты.

Мы должны их составить и вместе с ответами передать в ректорат, они должны единый экзамен проводить. А студенты в это время все ответы скачивают из Интернета. Ладно, пусть скачивают, но главное, чтобы они поняли, почему верна именно эта версия ответа, а не другая. Но они об этом не думают, для них главное - оценки получить. Никто не спрашивает, знает студент или не знает, лишь бы он тройку получил. Такое образование никому не нужно.

Я не раз видел, как выступают на конференциях алматинские студенты, как они рассуждают, обсуждают различного рода проблемы, как защищаются. У них колоссальный фундамент знаний, а у нас, к сожалению, этого пока нет. Вот уже 20 лет мы независимая самостоятельная республика, и за это время мы еще не все учебники подготовили. У нас заинтересованы не в том, чтобы знания были хорошие, а в том, чтобы оценки были хорошие. Поэтому и уровень диссертационных исследований у наших ребят намного ниже, чем у алматинских. Я же говорил вам, что я принимал участие в подготовке почти 20 кандидатов наук из Алматы, читал их диссертации, а некоторые читал даже с удивлением - настолько хорошо тот или иной молодой человек разбирается в данной проблеме. Мне было приятно. А у нас пока этого нет. Конечно, бывают хорошие диссертации, но их единицы. Нет такого, как в Алматы - массовости. Недавно я у трех наших магистрантов принимал экзамен и всем поставил двойки.

Года два-три назад я был в Общественном Каспийском университете в Алматы. Мне сказали, Шомурат Менглиевич, не могли бы вы поговорить с нашими магистрами о вашем Гражданском кодексе, как он зародился и так далее. Я согласился. Мне было что рассказать этим ребятам, так как я являюсь одним из разработчиков Гражданского кодекса Республики Таджикистан. Я видел, как заинтересовались казахстанские ребята, они все время спрашивали, а если вот так, а если вот так, а здесь как... Мне эти магистры нравятся больше, чем наши. Наши очень скромные, все время молчат. А ведь наука рождается в споре, не случайно же говорят - истина рождается в споре. Если человек сам не хочет чего-то достичь, то никогда не достигнет. Я по себе сужу.

Я закончил вечернее отделение. Через четыре года защитил кандидатскую диссертацию. Я в аспирантуре не учился, в докторантуре не учился, потому что я должен был работать, кормить семью, заботиться о детях, чтобы они не были голодными, холодными. Но я учился самостоятельно и уже после третьего курса работал юрисконсультом в одном из управлений. Мы, с одной стороны, учились у старших, с другой, получали подзатыльники за то, что что-то не знали, поэтому все время работали над собой и до сих пор продолжаем работать. Сейчас такого нет.

Я не скажу, что наука у нас развивается очень хорошо. Нет. Некоторые защищаются в Москве, но я вижу их рефераты, вижу, что некоторые из них даже слабее работы тех ребят, которые защитились у нас. Если и Москва дошла до того, что пропускает такие работы… Не знаю, когда мы все это преодолеем.

 

- Шомурат Менглиевич, а каков правовой уровень граждан Таджикистана?

- Над этим тоже еще надо работать. Помню, в бытность Союза очень хорошо пропагандировались издаваемые законы. Сегодня закон вышел, а вечером уже по телевизору объявляют, что принят такой-то закон, он предусматривает то-то, регулирует такие-то отношения. Кроме того, нас, юристов, посылали в народ, чтобы мы подробно разъяснили людям его положения, нормы, поэтому уровень правовых знаний у населения был достаточно высоким. Сейчас этого нет. Сейчас у нас и профессиональный Парламент не такой уж сильный. Вот у вас Майдан Кунтуарович Сулейменов и Юрий Григорьевич Басин сколько воевали, чтобы принять закон о международном коммерческом арбитраже, чтобы организовать международный коммерческий арбитраж. У нас такого нет. У нас в сознании людей еще то время - 92-97 годы, когда в Таджикистане шла гражданская война. Они говорят, лишь бы не было войны. Рассказывая вам об этом, вспомнил такой случай.

В 2000 году директор нынешнего Центра законодательства при Президенте Махмад Забирович Рахимов должен был защищать докторскую диссертацию. Я говорю, давай, мы здесь, в Душанбе организуем разовый докторский совет. Тогда можно было организовать разовый докторский совет для защиты докторской диссертации на базе Диссертационного совета по защите кандидатских диссертаций. Он говорит, сейчас я еду в Москву, посмотрим, что мне там скажут. В Москве его диссертацию посмотрел Евгений Алексеевич Суханов и говорит, работа неплохая, если хочешь выиграть время, то сделай так, как советует тебе Менглиев. Мы разовый совет создали, из Ташкента четырех профессоров пригласили, включили их в Диссертационный совет. Они согласились приехать.

И вот мы их встретили на границе, пересели на наши машины и поехали в Душанбе. Была полночь. Дорогой я пытаюсь завязать с ними разговор, однако они на это не идут, молчат, а если отвечают, то односложно - да, нет, да, нет. Я ничего не могу понять. Потом мы приехали в город, и я говорю, вот это здание - Дворец Президента. Так Президент ваш здесь сидит, спрашивают они. Я говорю, да. А где идет война? Они, оказывается, думали, что в Таджикистане всюду идет война. Я говорю, мы уже забыли, когда у нас была война. У нас 27 июня между правительством Республики Таджикистан и оппозицией был подписан договор, и сейчас мы этот день празднуем как День единения. Для пущей убедительности я показал на молодые влюбленные пары, которые свободно прогуливались по парку, на таксистов, мирно ожидающих клиентов. Наши гости успокоились, а академик Хаджи-Акбар Рахманкулов говорит, слушай, Шомурат, давай немного выпьем, мы убедились, что у вас, слава Богу, нет войны.

 

- О Вас говорят, что Вы - живая легенда. Вы знаете, что о Вас так говорят?

- Нет. Я слышал другое. В прошлом году мне исполнилось 70 лет. Как таковой праздничный юбилей я не устраивал, так как в нашей стране принят специальный закон, запрещающий отмечать на широкую ногу всякие юбилеи, семейные торжества, поминки и так далее, поскольку не все сейчас могут себе позволить это. Ограничения поставлены. Например, раньше поминки делали на 3 дня, на 20 дней, на 40 дней, потом на год. Сейчас можно делать только один раз на выбор, когда хочешь. То же самое с юбилейными датами. Нельзя их делать пышными, помпезными, приглашать много людей. В противном случае нужно испрашивать разрешение местных властей. Поэтому я свой юбилей отмечал скромно, на работе.

Было торжественное собрание, пришли деканы с других факультетов, руководители правоохранительных органов. Да и то они пришли до восьми утра, так как была суббота, а у нас в субботу у руководителей правоохранительных структур день приема граждан, и им нельзя опаздывать. Если они в это время будут сидеть на каких-то праздниках, то им достанется от Президента.

Единственное, что я сделал, так это написал и выпустил труды по гражданскому праву и пригласил небольшое количество гостей. Из Алматы от имени Майдана Кунтуаровича Сулейменова прибыли сотрудницы НИИ частного права, и вот они сказали нашим ребятам, что я таджикский Майдан Сулейменов. А так не слышал, что я легенда.

 

- Кроме работы и семьи Вы чем-нибудь еще увлекаетесь?

- Нет. Я все время за рабочим столом, и другого первостепенного занятия у меня нет. В молодости, конечно, занимался спортом, и штангу поднимал, и борьбой увлекался, и бегом. Бегом долго занимался, сейчас уже не бегаю, а хожу. Мне сам Бог велел ходить, потому что у меня четыре года назад повысился сахар, и чтобы его нормализовать, оказывается, надо больше ходить, двигаться, поэтому я через день хожу 6-7 км.

 

- Какой Ваша жизнь была в целом?

- Не могу сказать, что была легкой. Вся моя жизнь прошла в работе. Я даже на отдых первый раз поехал только в 1983 году, в Адлер и то из-за младшей дочки, чтобы подлечить ее. А так во время отпуска я всегда работал, занимался наукой, готовился к новому учебному году. Более или менее беззаботно я жил тогда, когда работал в деканате. Я там получал 420 рублей. Тогда это были огромные деньги. После этого я не помню, чтобы жил без напряжения. Все время в напряжении, все время работаю, все время я должен быть мобилизованным.

 

- Как Вы относитесь к материальным благам?

- Спокойно. Мы не шикуем, но и не бедствуем. Живем в благоустроенной квартире. Первую машину я купил себе в 81-м году. «Жигули». Потом дети и жена заставили купить тойоту «Кароллу». Я на нее все свои накопления потратил.

 

- Что надо делать, чтобы не потеряться в этой жизни, не растерять свои человеческие достоинства, быть личностью с большой буквы?

- Делать добро. Я уже много-много лет занимаюсь наукой, но еще ни разу никому не отказал, если просят посмотреть научную статью или дать какой-нибудь совет. Если человек написал из рук вон плохо, я говорю, ты туфту написал. Если хорошую работу написал, говорю, да, ты хорошую работу написал. Это у меня осталось от моего научного руководителя, профессора Виктора Аркадьевича Ойгензихта. В его лексиконе не было слова «нет», когда к нему обращались за помощью. Он жил в Душанбе.

Однажды я подвозил его на работу. Он говорит, плохо спал, до четырех работал. Я говорю ему, чего вам не хватает, Виктор Аркадьевич. Вы - заслуженный деятель, у вас все звания, все регалии, зачем вам до четырех утра работать? Он посмотрел на меня и произнес: дай Бог, чтобы ты скорее защитился. И больше ничего не сказал.

Через пару лет после этого разговора - в 91-м - я защитился. И вот теперь я понимаю, чего ему стоило держать марку профессора. Надо постоянно работать над собой. Если не будешь работать, опозориться - проще пареной репы. Это может быть одно неудачное выступление, одна неудачная работа… Надо всю жизнь работать.

 

- Это замечательное свое качество Вам удается привить своим ученикам?

- К сожалению, не всем. Некоторые работают не так, как хотелось бы. Я говорю, пока не будете работать, наука вперед не пойдет, поэтому надо работать в поте лица. Недавно мы впервые выпустили учебник «Международное водное право». Я написал две главы, мои ученики - по одной.

Прошлым летом мы распределили все главы, и они должны были показать мне их в сентябре. Одному я один раз забраковал работу, другому два раза, сказал ему, что это не глава, а карикатура на главу. Знаете, иногда сочетание доброты с жесткостью дает нужные результаты.

Для того чтобы написать добротную работу, надо запастись терпением, быть усидчивым, ответственным. Эти качества я стараюсь привить своим ученикам. Когда они защищаются хорошо, грамотно - тебе приятно, ты знаешь, что это твой кадр. Почему я приезжаю в Алматы и каждый раз после защиты возвращаюсь к себе и собираю своих аспирантов? Потому что говорю им, вот, была такая-то защита, посмотрите, как пишут алматинцы. Некоторые очень удачные диссертации я специально беру с собой и даю читать своим ученикам, чтобы они посмотрели, как надо работать.

 

- Шомурат Менглиевич, благодарю Вас за интервью! Удачи!

 

Алматы - Душанбе

 

Здесь должны быть комментарий